Тот факт, что раскрытие душевно-духовных способностей человека может быть затруднено, таит в себе всегда что-то загадочное. Но одно дело, когда подобное случается с человеком в ходе его жизни или только в старости. В таком случае мы видели его в здоровые времена и знаем его индивидуальность, которая теперь оказывается закрывшейся. И совсем другое — если такие затруднения встречает ребенок в начале жизни. Это еще более загадочно. Но развитие такого ребенка открыто, и нас занимают вопросы лечения и содействия этому развитию. Телесное затруднение мы можем понять. Оно ничего не меняет в пашем отношении к пора¬женной индивидуальности. Но как мы восприни¬маем болезненно повредившееся духовно-душев¬ное состояние? И как нам понять многообразие форм, в которых; это может проявляться? Регистрирование различных симптомов неудовлетворитель¬ное, объяснение недостаточное. Это относится не только к ординарным дефектам, с которыми мы встречаемся, но и к способностям, которые остаются для нас непонятными. Так, есть дети, которые, кажется, не способны уловить мысль, и в то же время удивляют пас в беседе меткими замечаниями. Встречается своеобразная способность к словесным ассоциациям, которой мог бы позавидовать любой комик. Проявляется феномен памяти на числа или, например, способность назвать дни недели к каждой дате. Некоторые дети неожиданно выражают наши мысли или чувственно реагируют на наши удержанные переживания. Область, которую мы рассматриваем, очень интересна и не поддается нашему рациональному опыту.